Валентина москаленко созависимость

Книга, которую вы держите в руках, открывает тайну несбывшихся надежд и разочарований в любви. И как полезно завладеть этим секретом еще до появления серьезных отношений!

Почему, когда любишь слишком сильно, искренне делаешь для любимого все, что только можно — чувствуешь себя не слишком счастливой? Один из ответов — нужно искать выход из возможных заблуждений.

Ничто так не мешает нам ладить друг с другом, как самые разные страхи, предубеждения, опасения, которые можно назвать мифами. Но откуда они берутся?

Опыт детства, атмосфера родительского дома определяет жизнь взрослых людей. Девушке трудно построить крепкую, дружную семью, если в нескольких поколениях ее родных повторялись случаи разводов, алкоголизма или других зависимостей, если она не была счастлива дома, чувствовала себя не слишком любимой, и не видела примера хороших отношений между родителями. Распознать такие проблемы в себе непросто, ведь о них говорят "все так живут".


Однако, первый шаг к счастливой жизни можно сделать прямо сегодня, осознав прежний опыт и твердо решив заменить его новым.

Для кого эта книга?

Книга адресована в первую очередь юным девушкам, которые только задумываются о том, как построить серьезные отношения и хорошую, дружную семью, но собственного опыта пока не имеют.

В то же время, книга будет интересна и женщинам, умудренным опытом семейной жизни, часто не очень удачным, которые, казалось бы, делают для своих любимых все, но почему-то не очень счастливы. Возможно, они любят слишком сильно?

Почему мы решили издать эту книгу?

Проблема созависимых отношений касается каждой третьей семьи в России, ее вполне можно назвать одной из самых печальных наших "традиций". Передаваясь от матери к дочери, она продолжает существовать в каждом новом поколении. Почему это происходит и как становиться возможным это наследование, рассказывает автор книги — семейный психотерапевт Валентина Москаленко.

"Изюминка" издания

Автор книги представляет мировой опыт ведущих психологов по проблеме преодоления созависимости, адаптированный к реалиям нашей жизни и Православной традиции.

Валентина Москаленко — сертифицированный специалист по этой теме (прошла курс обучения в США), врач-нарколог и генетик. Более 20 лет она работает с семьями людей, больных разными видами зависимостями, проводит групповую и индивидуальную терапию созависимости, любовной зависимости, а также лечение последствий психологических травм.


Об авторе

Валентина Дмитриевна Москаленко — психиатр-нарколог, клинический генетик и семейный психотерапевт, доктор медицинских наук, профессор. Ведущий научный сотрудник Научно-исследовательского института наркологии (филиал Федерального медицинского исследовательского центра психиатрии и наркологии им. В.П.Сербского Минздрава РФ). Ведущая авторских семинаров по преодолению созависимости.

О чем эта книга?

Книга, которую вы держите в руках, открывает тайну несбывшихся надежд и разочарований в любви. И как полезно завладеть этим секретом еще до появления…

Источник: www.livelib.ru

Слово к читателю

Книга, которую вы держите в руках, рассказывает о любви – настоящей любви, которой достоин каждый человек. Однако путь к ней непрост, и лежит он через ясное осознание иллюзий, которыми склонны окружать себя люди.

Понимание того, что с нами происходит, – это сугубо аскетическая христианская ответственность. Аскетика – практика самопознания, самовоспитания и самосовершенствования – начинается с того момента, когда человек берет на себя ответственность за то, что творится внутри него.


Ответственность – это навык: социальный, эмоциональный, личностный, духовный. Он закладывается в детстве и развивается на протяжении всей жизни человека, преображается в кризисных точках. Ответственность – это работа, и в разные периоды ее содержание, цели и глубина будут различаться.

Ответственность за себя должен принять сам человек, мы не можем сделать это за него. Часто родные больного алкоголизмом или наркоманией возражают: «Как вы можете так говорить, как можно позволить человеку себя убивать, мы готовы сделать все, что только можно, и не дадим ему умереть». Я вынужден сказать таким людям: вы слишком легкомысленно относитесь к жизни и смерти. Здесь нужно собрать все свое мужество и встать перед лицом того гигантского духовного достоинства человека, которое Господь вручил ему лично. Оно простирается на жизнь и на смерть. Стоя перед лицом образа и подобия Божия, осознав всю его величину и огненную силу, посмеете ли вы сказать: «Я тебе не позволю»? Кто вам дал такое право? Даже Сам Господь, при всем Своем несоизмеримом величии по сравнению с человеком, не отнимает его свободной воли. Если мы относимся к христианству как к религии, имеющей высоту, доходящую до неба, и глубину, доходящую до ада, то должны с большим уважением стоять перед достоинством человека.

Когда Иов увидел величие Божие, он сказал: Руку мою полагаю на уста мои (Иов. 39: 34), то есть замолкаю в страхе и трепете. Когда мы встречаемся с человеком, мы должны чувствовать трепет Иова перед значением его личности.
словах «я не дам тебе себя убить» звучит инфантильная позиция, в которой нет признания зрелости, свободы и достоинства человека. Более того, думаю, что непризнание этого достоинства является одной из причин развившейся у него зависимости. Мать, которая говорит, что она не даст сыну умереть, на самом деле не дает ему стать взрослым, независимым, поэтому вполне понятно, что она до конца, до последней минуты и даже после его смерти будет защищать его от самого себя. Очень часто женщины, отняв свободу у ребенка или мужа, «дружелюбно» подводят их к краю пропасти.

Конечно, никто не снимает ответственности и с самого зависимого. Если человек физически способен обеспечить себя, то нужно предоставить его самому себе. Самая правильная позиция по отношению ко взрослому человеку – относиться к нему с уважением, а не подходить как к иждивенцу. Надо предоставить ему свободу – работай, зарабатывай и трать свои деньги так, как ты хочешь. Это единственно возможная здоровая ситуация, в которой зависимый может для себя что-то сделать. Если же родные продолжают обеспечивать его всем на свете, то, по сути, они препятствуют его выздоровлению.

Родным зависимых людей тоже предстоит взять на себя свою долю ответственности, осознав свою болезненную связь с ними. Созависимость – это потеря свободы, достоинства, личной целостности, она не менее разрушительна, чем алкоголь и наркотики. Жены алкоголиков, матери наркоманов буквально сковывают себя борьбой за их жизнь и выздоровление. Часто созависимость скрывается под маской любви, но это скорее антилюбовь. Конечно, мы зависим от наших близких в наших ежедневных заботах, но то, что мы называем зависимостью в быту и в психологии, – это разные вещи. Важно понимать, что созависимость приводит и к искажением в духовной жизни.


Среди женщин, живущих с родными, страдающими алкоголизмом и наркоманией, распространено мнение, что это их крест и надо смиряться. Хочу их предостеречь: высота евангельского подвига – Крест Христов – не позволяет разменивать это слово по отношению к подобным ситуациям. Если женщина живет с зависимым, то это ее выбор, за который она несет ответственность, но никак не ее жертва. Возможно, она получает от такой жизни некие выгоды: психологические (чувствует себя нужной), материальные (сохраняет свой замужний статус), это может быть страсть, даже прелесть: «Я же его спасаю!» На самом деле – губит…

Конечно, можно говорить о жертвенной любви, но это бывает редко. Алкоголизм, наркомания разрушают любовь, вытравляют ее ядом измены, предательства и просто разложением личностных качеств супруга. Остаются лишь воспоминания о любви и жалость. Только поворот к выздоровлению меняет жизнь таких пар – не возвращает к прежним отношениям, но приводит к новым.

Хочу подчеркнуть, что алкоголизм – беда России, нигде в мире этот вопрос не стоит так остро. По сути, мы имеем дело с особой национальной духовной проблемой, которая, прежде всего, заключается в отношении к ней общества, семьи и каждого человека в отдельности.
годня употребление алкоголя преподносится как национальная черта, которую поощряют, которой любуются, о которой складывают песни, снимают фильмы, рассказывают анекдоты. Алкоголик – человек, который в современном обществе характеризуется как «свой», «наш». Если ты не пьешь, тебя запросто могут спросить: «Ты что, не русский?» Способность мужчины выпить стакан водки и (желательно) при этом не опьянеть стала свидетельством патриотизма, принадлежности к нации. Эта проблема захватывает не только область национальной самоидентификации и этики («наш человек»), но и эстетики: алкоголизм эксплуатируется как художественный образ, особенно в маргинальной культуре, но не только. Существует апология алкоголика: у него тонкая душа, его незаслуженно обидели и т. д.

Что делать? Прежде всего, не нужно принимать алкоголь как национальный код! Не участвовать в этой поэтизации болезни, не соглашаться – и начать путь к выздоровлению.

Алкоголизм и наркомания – проблемы, имеющие много измерений, и решать их необходимо на разных уровнях. Никогда лечение не исчерпывается только врачебными средствами, не решается проблема и только духовными или только психологическими методами. Все они действуют в комплексе. А отправной точкой исцеления как от зависимости, так и от созависимости будет осознание проблемы и решение изменить свою жизнь.

Когда мы имеем дело с зависимыми людьми и своими переживаниями по этому поводу, мы соприкасаемся с темными сторонами бытия.
м становится страшно: мы боимся самих себя и своих чувств. Например, одна женщина признавалась: «Я догадываюсь, где находится выход из моей ситуации, но я боюсь туда идти». Возникает потребность в проводнике, и в лице автора этой книги читатель получает доброго любящего профессионального сопровождающего по мрачным областям жизни человека, по внутренним лабиринтам, в которых трудно разобраться: где содержится любовь, свобода, а где – зависимость, где – прямые отношения, а где – манипуляции.

Специалистам, работающим со сложными пациентами, приходится проявлять некоторую жесткость, поэтому текст, написанный наркологом-психиатром, не может быть мягким. Однако Валентина Дмитриевна относится к своим пациентам с любовью, она стоит на их стороне. Она не боится проблем зависимых людей, не боится горя их родных, она умеет с этим горем работать.

Как бы нам хотелось, чтобы для спасения родного человека было достаточно одной нашей человеческой любви… Но ее одной оказывается мало. После прочтения книги нам станет понятно, где иллюзия заменяет любовь, и мне бы очень хотелось, чтобы читатели наконец почувствовали вкус настоящей любви.

Протоиерей Андрей Лоргус

Зачем христианину психология?

Книги Валентины Москаленко «Возвращение к жизни» и «Когда любви «слишком много», которые выходят в издательстве «Никея», – не просто очередные издания, посвященные психологии человеческих отношений. Их автор делает попытку ответить на непростой вопрос о том, как теория и практический опыт психологической науки могут быть соединены с христианским мировоззрением.


Не секрет, что для современного человека психология становится неким эрзацем религии, повторяющим ее настолько, что в ней имеются аналоги основных таинств (Крещения, Исповеди…). Эта замена вовсе не случайна, она есть результат вытеснения священного, религиозного из современной жизни при сохраняющейся потребности ее регулирования, осмысления и даже «одухотворения», осуществляемых в психологии через обращение к сфере бессознательного. Неудивительно, что в среде православных христиан широко распространено мнение о психологии как о чем-то таком, что противоречит вере.

Однако можем ли мы, современные христиане, сказать, что те проблемы, которые описываются в данных книгах, являются чуждыми для нас? Нет. Более того, пастырская практика свидетельствует о том, что психологические недуги, о которых пишет автор, в православной среде приобретают почти всеобщий характер. Конечно, можно, цитируя апостола, говорить об этом как об условии преизобилия благодати (Рим. 5: 20), но трезвая, лишенная предвзятости оценка, приведет нас к выводу о том, что наш дом построен не на камне Христовой любви и свободы, а на песке внешней благопристойности (см. Мф. 7). И великое падение такого дома – не дело будущего, оно уже происходит…

Христиане, полностью отрицающие значение психологии, сами того не подозревая, отрицают самого человека, сложного и непредсказуемого. Такая ошибка носит роковой характер, ведь подобное «богословие творения» вносит искажение в основание нашей веры. Эти книги не просто бросают вызов ханжеству и фарисейскому лицемерию, они утверждают благость мира, те благодатные дары, которыми наделил каждого из нас Творец.


Обратить жизнь в статичное благопристойное «нечто» означало бы отказаться от самой природы человека, поэтому автор не боится рассуждений о влюбленности, интимной жизни, сложной динамике личных взаимоотношений.

Грех, как его понимает автор книг, не просто общий принцип, неприятие которого достаточно декларировать, – грех разоблачается как мнимая «жертвенность», как фальшивая «преданность», как фиктивная «любовь»… И это разоблачение, когда оно совершается человеком, есть плод подлинного, а не формального покаяния, в котором нельзя не увидеть настоящее чудо.

Если книга «Когда любви слишком „много»[1] повествует о драматическом опыте отношений, который приобретают дети, выросшие в неблагополучных семьях, опыте, который искажает их собственную будущую семейную жизнь, то в книге «Возвращение к жизни» автор рассказывает о семье как структуре, которая создает условия и питает развитие алкоголизма и наркомании, о тяжелом, разрушающем состоянии даже «здоровых» ее членов.

Многое в тексте книг может показаться непривычным для православного читателя. Например, акцентирование достоинства, ценности отдельной человеческой личности, постоянное подчеркивание необходимости четкого проведения ее границ. Но и здесь психология лишь повторяет на своем новом языке истины, давным-давно открытые христианством. Вспомним, что человек – это образ и подобие Самого Бога (Быт. 1), а Церковь – это единство незаменимых в общем бытии отдельных личностей (1 Кор. 13).


Таким образом, эти книги, используя богатый инструментарий психологической науки, направляет православного читателя на поиск подлинной, а не мнимой духовности, готовит его к борьбе с грехом, укрепляет его веру в спасение.

Священник Глеб Курский,

преподаватель кафедры библеистики Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета

От автора

Кто-нибудь из ваших родственников болен алкоголизмом или наркоманией? Возможно, вы являетесь внучкой уже умершего дедушки, который страдал одним из этих недугов? Вы сами или ваша подруга замужем за алкоголиком или наркоманом? Оставаясь в близких отношениях с больным, вы эмоционально вовлекаетесь в его проблемы.

Книга, которую вы держите в руках, для вас. Она посвящена психологии зависимости от психоактивных веществ (алкоголизм, наркомания) и созависимости. Созависимость – это психологическое состояние членов семьи больного.

Созависимости подвержены не только жены, но и матери, братья, сестры, взрослые дети и даже внуки больного алкоголизмом или наркоманией. Родственники не только страдают сами, но и строят такие взаимоотношения в семье, которые не помогают выздоровлению больного. Сами больные также имеют признаки созависимости еще до развития болезни, или они появляются после наступления трезвости. Созависимым трудно стать хорошими родителями, поэтому их дети часто включаются в цепочку развития зависимости в семье.

Зачастую созависимые жены или матери, действуя из лучших побуждений, начинают контролировать мужей, сыновей, ухаживают за ними, наконец, полностью берут на себя ответственность за их жизнь, надеясь на то, что у мужа, сына «проснется совесть» и он перестанет пить. Но это в корне неверная тактика. Алкоголизм или наркомания, как любая другая страсть, грех, должны быть побеждены самим носителем. Наша задача – не пытаться сделать это за него, а помочь ему. Как следует вести себя близким любящим людям? Прежде всего, нужно принять, что ваш близкий – не плохой человек, но он болен. В нем, как и в каждом человеке, есть образ Божий, но, к сожалению, есть и разрушающая его страсть. Святые отцы учат нас ненавидеть грех, но любить человека, им пораженного. «Если мы рассматриваем грех как несчастье, как болезнь, – говорит митрополит Антоний Сурожский, – то надо любить грешника, как мы любим больного и ненавидим его болезнь. Если человек заболел чем бы то ни было, то мы можем ненавидеть болезнь, мы можем раздираться душой о том, что человек стал жертвой такой болезни; но его мы не можем ненавидеть, даже если он виноват. Даже если болезнь – результат его распутства, все-таки человека жалко, потому что он не для того был создан и не к тому был призван»[2].

Отделите личность больного от его болезни (алкоголя, наркотиков), то есть будьте мягкими с человеком, но твердыми в отношении недопустимого поведения. Скажите себе: «Я ненавижу алкоголь, но я люблю человека». Позвольте больному столкнуться с последствиями его поведения и пережить все, что он натворил. Решиться действовать таким образом непросто, но это единственно возможный путь выздоровления, как для вас, так и для ваших зависимых родственников.

Итак, созависимость излечима. В книге представлена программа ее преодоления. Исцеление приводит к более гармоничным взаимоотношениям в семье, уберегает детей от появления у них зависимости.

Книга адресована родственникам и друзьям больных. В то же время книга может стать руководством для психологов, психотерапевтов, наркологов, психиатров, социальных работников в работе с больными и их семьями[3].

Часть 1
Зависимость

У кого вой? у кого стон? у кого ссоры?

у кого горе? у кого раны без причины?

у кого багровые глаза?

У тех, которые долго сидят за вином,

которые приходят отыскивать вина

приправленного.

Не смотри на вино, как оно краснеет,

как оно искрится в чаше, как оно

ухаживается ровно:

впоследствии, как змей, оно укусит,

и ужалит, как аспид;

глаза твои будут смотреть на

чужих жен, и сердце твое заговорит

развратное,

и ты будешь, как спящий среди моря

и как спящий на верху мачты.

[И скажешь: ] «били меня, мне не было больно; толкали меня, я не чувствовал. Когда проснусь, опять буду искать того же».

Притчи 23: 29–35

Сын мой! в продолжение жизни испытывай твою душу и наблюдай, что для нее вредно, и не давай ей того; ибо не все полезно для всех, и не всякая душа ко всему расположена.

Сир. 37: 30–31

Алкоголизм – болезнь семейная

Зависимость от психоактивных веществ (алкоголизм, наркомания, токсикомания) – семейная болезнь. Во-первых, она может встречаться у нескольких членов одной и той же семьи, передаваться из поколения в поколение (к примеру, поражать одновременно отца и сына, нескольких братьев и сестер, прослеживаться у более дальних родственников). Конечно, это не является неизбежным, поэтому в каждой такой семье, помимо больных, есть и здоровые люди.

Во-вторых, даже если в семье есть только один алкоголик, все остальные ее члены страдают психологически. Просто невозможно жить рядом с пьющим человеком и не быть вовлеченным в его болезнь эмоционально. Психическое состояние родственников больных зависимостью обозначают термином «созависимость».

Родственники больных страдают не меньше, а порой даже больше (поскольку они не пьют и переносят свою боль без алкогольного «наркоза»), чем сами больные. Для зависимых создана сеть наркологических диспансеров и больниц, ими занимаются частные лечебные учреждения. А куда может обратиться за помощью родственник больного? Только в некоторых лечебных учреждениях есть специалисты, уделяющие внимание родственникам. Часто сотрудники специализированных центров ограничиваются лишь краткой консультацией членов семей зависимых.

Я считаю, что родственники имеют право на специальную помощь, и предлагаю им такую программу. Моя книга посвящена детальному описанию проявлений созависимости и ее преодолению.

Официальные данные о заболеваемости алкоголизмом отличаются от реальных, но, думаю, читатель не будет спорить, что эта болезнь очень распространена и число заболевших с годами растет. Что касается наркоманов, то их число увеличивается еще быстрее.

Психология зависимости: что происходит с вашим родным?

В Международной классификации болезней (МКБ-10) мы находим описание личностного расстройства, полностью соответствующего зависимости. Под рубрикой F 60,7 значится:

«а) стремление переложить на других большую часть важных решений в своей жизни;

б) подчинение своих собственных потребностей потребностям других людей, от которых зависит пациент, и неадекватная податливость их желаниям;

в) нежелание предъявлять даже разумные требования людям, от которых индивидуум находится в зависимости;

г) чувство неудобства или беспомощности в одиночестве из-за чрезмерного страха неспособности к самостоятельной жизни;

д) страх быть покинутым лицом, с которым имеется тесная связь, и остаться предоставленным самому себе;

е) ограниченная способность принимать повседневные решения без усиленных советов и подбадривания со стороны других лиц.

Дополнительные признаки могут включать представления о себе как о беспомощном, некомпетентном человеке, не обладающем жизнестойкостью».

Зависимость имеет духовные корни. «Убежден, – пишет иеромонах Агапий (Голуб)[4], священник, который работает с алко- и наркозависимыми, – что основная причина тяготения человека к веществам, изменяющим сознание, заключается в поврежденности и извращенности человеческой природы в результате грехопадения»[5].

Размышляя о частном случае зависимости – алкогольной, – я вспоминаю неожиданное определение, которое встретила у Дженет Войтиц[6]: «Алкоголик – это человек, объятый огнем и бегущий к морю. В море он тонет». Под огнем следует понимать те чувства, от которых ему некуда деться. Эти чувства болезненны, непереносимы. Желая избавиться от них, он обращается к алкоголю, но стихия оказывается сильнее не только его чувств, но и его самого. В результате он тонет. Посмотрим, что же порождает чувства, которые столь дискомфортны для алкоголика и заставляют его искать выход.

Зависимость

– Вы помните, какими словами ваш будущий муж объяснялся вам в любви?

– Нет, он никаких слов не говорил. Поцеловал, и я поняла, что он меня любит.

– А какими словами он сделал вам предложение?

– Он сказал, что не может жить без меня. Еще он сказал: «Ты мне нужна».

Будущий алкоголик был точен. Он действительно нуждался в такой поддерживающей его жене, он не мог бы жить и пить без нее. Слова «Не могу жить без тебя», «Ты мне нужна» выражали не столько силу его любви, сколько силу его зависимости.

«Мой муж – мой второй ребенок, недоразвитый. Я подобрала его ровно на том месте, на каком его оставила мамочка. До 20 лет она ходила за ним, как за маленьким дитем, а потом это делала я», – рассказывает жена алкоголика, 43-летняя Галина.

Больные алкоголизмом предпочитают не брать на себя ответственность. Эта черта была свойственна им и до развития алкоголизма. Если они не принимают решения, то и не сделают ошибки. Уж так повелось в их жизни, что все решения с детства принимала мама – что есть, какую рубашку надевать. Позже подросший сын мог советоваться с мамой, какую девушку ему брать в жены. Такие люди, уже став взрослыми, довольно долго живут одним домом с мамой, а после женитьбы часто с ней созваниваются. До такой степени часто, что это отражает не просто родственные чувства, а психологическую зависимость от мамы.

Человеку такого типа живется трудно, он играет двойную роль – сын мамы и муж жены. Пока он не уяснил для себя, какая из этих ролей для него главная, он находится между двух огней. Фактически он не выполняет ни сыновних обязательств, ни обязанностей мужа, сталкивая двух женщин в конфликте.

Другая женщина из моей психотерапевтической группы рассказывала:

«Мы женаты уже 18 лет. У нас сын. Я стараюсь вкусно готовить. Но меня раздражает, что муж часто по дороге с работы заходит к своей маме и обедает там. Меня он об этом не предупреждает, и я со злостью выливаю борщ».

Еще одна жена алкоголика поделилась такой историей: когда дети были маленькие и оба супруга работали, муж часто звонил ей на работу и говорил:

«Ты знаешь, я сегодня выпил немножко. Я не могу пойти в детский сад за сыном. Мне стыдно. Забери его сама».

Удобно, не правда ли, перекладывать на жену ответственность за заботу о детях? Так продолжалось долго, затем проблема его алкоголизма выросла до такой степени, что теперь уже взрослый сын силой принуждает отца лечиться.

Стремление избегать ответственности и необходимости принимать решения ведет к употреблению алкоголя как средства избегания реальности. Выпивка становится способом бегства от проблем.

Эмоциональная незрелость

Когда человек начинает пить (употреблять наркотики), он останавливается во взрослении и духовном росте. Работая с зависимыми, я постоянно наблюдаю одно и то же. Внешне человек может выглядеть как 40-летний мужчина, но когда спрашиваю, как его зовут, он отвечает: «Саша».

Гена, Васек, Юрик – такие люди эмоционально застревают в возрасте 17 лет. Когда алкоголик хочет выпить, он ведет себя, как ребенок, который хочет получить лакомство. Дайте ему желанное немедленно! Откладывать на потом удовлетворение желаний могут взрослые, но не дети. Противостоять неприятностям, боли могут взрослые, но не дети.

Жена алкоголика, врач по профессии, рассказывает:

«Когда мужу требуется помощь стоматолога, я договариваюсь об общем наркозе. Только так он может позволить что-нибудь сделать со своим зубом. Нет, не вырвать, а просто залечить кариес. Он очень боится боли».

Точно так же больные алкоголизмом не могут выдерживать жизненные трудности. В норме мы, люди, духовно растем, эмоционально взрослеем, когда преодолеваем боль, неприятности, когда решаем проблемы. Больные зависимостью избегают этого, ведь рядом всегда есть люди, готовые взять на себя борьбу с трудностями. Так больные остаются эмоционально незрелыми и превращаются в «ребенка № 1» в той семье, которую сами создали.

Счастливые беззаботные времена – это не период роста и взросления. Они питают нас чем-то важным, что потом всю жизнь будет составлять наш эмоциональный ресурс. Но беззаботные дни не побуждают нас к переменам, а эмоциональный рост – это всегда изменение.

Вспоминаю эпизод из кинофильма «В моей смерти прошу винить Клаву К.». Герой фильма, ученик 3-го класса, влюбился в девочку-одноклассницу. Он не мог добиться, чтобы она обратила на него внимание. И тогда он все рассказал отцу. Между отцом и сыном состоялся очень серьезный разговор. «Что же мне делать, отец?» – «Страдать».

Так ответил любящий и заботливый отец. Через страдание достигается эмоциональная зрелость.

Недавно я прочла в одной книге, что к жестокому обращению с ребенком относится и стремление родителей помешать ему пережить боль, трудности. Интересно, не правда ли? Действительно, разве это не жестоко – не дать ребенку повзрослеть?

Больные зависимостью умеют «анестезировать» свою боль. Недаром их болезни относятся к области наркологии. В основе названия этой области медицины лежит то же слово, которым обозначают обезболивание, – наркоз.

Невозможность переносить страдания

Алкоголик не может терпеть даже незначительные неудачи, он не может сколько-нибудь долго находиться в состоянии фрустрации. Толерантность – это способность переносить, терпимость. Слово «фрустрация» происходит от латинского «frustratio» – обман, неудача, тщетная надежда. Фрустрация – это такое психическое состояние, которое возникает в результате крушения надежд, невозможности достижения поставленных целей. Обычно фрустрация сопровождается подавленным настроением, напряжением, тревогой. Нормальная жизнь обязательно сталкивает нас с многочисленными фрустрациями. Приходится их переносить.

У алкоголика короткий фитиль, он быстро зажигается, взрывается. И никогда не знаешь, что вывело его из равновесия. Он может прийти в ярость, если жена не подала наглаженную рубашку, если сын не закрыл тюбик с зубной пастой. Одна женщина, дочь алкоголика, рассказала, как отец поднял скандал из-за того, что она «не по центру поставила кастрюлю на плиту».

На похоронах алкоголики обычно напиваются, даже если долгое время воздерживались. Они используют это событие для оправдания возможности выпить, а еще – просто не могут пережить горе без «обезболивания».

Ежедневные мелкие неудобства невыносимы для алкоголика. Он либо взрывается гневом и яростью, либо прибегает к выпивке. Члены семьи стараются его не раздражать, в прямом и переносном смысле ходят на цыпочках, чтобы не беспокоить своего близкого, но он все равно найдет, к чему придраться.

Неумение выражать свои чувства

Алекситимия – это неспособность высказать свои чувства. Исследования показали, что алекситимия свойственна больным зависимостью.

«Мой муж часто бывает не в духе. Замкнется и молчит.

Бесполезно спрашивать, что случилось на работе.

Он просто не умеет высказывать свои чувства», – говорит жена алкоголика, который уже несколько лет назад бросил пить.

На вопрос «Как вы себя чувствуете?» больные алкоголизмом (как и их взрослые дети) отвечают: «Нормально». На вопрос «Что вы чувствуете?» они затрудняются ответить. Я должна приложить какие-то усилия, чтобы получить от алкоголика самоотчет о его чувствах, и в это время я вспоминаю о растормаживающем действии алкоголя. Застенчивые, зажатые, закрепощенные люди под действием алкоголя делают то, что не могут делать в трезвом состоянии. Они могут становиться разговорчивыми, общительными, они могут свободнее говорить о любви и ненависти.

Правда, эмоции, которые выражает алкоголик, находящийся в состоянии опьянения, порой никак не относятся к тем обстоятельствам, в которых он находится. Скорее в этот момент он выражает давно подавленные, вытесненные эмоции. Это чувства, которые он годами испытывал по отношению к самому себе. Да, его агрессия, ненависть, презрение и прочие тяжелые переживания, направленные в этот момент вовне, на других, на самом деле могут быть выражением его собственного отношения к себе.

В трезвом состоянии человек может не выражать своих чувств, потому что не умеет это делать. Требуется работа, новые навыки, множество усилий, чтобы научиться озвучивать, проживать и разрешать себе «чувствовать свои чувства». А их подавление, вытеснение происходит неосознанно, автоматически: было больно – он зажался. В качестве зажимов используется мышечное напряжение. Один алкоголик говорил, что он чувствовал себя живым трупом в периоды трезвости и более живым, когда выпивал. Логично: ведь алкоголь снимал мышечное напряжение и давал ему возможность испытывать чувства.

Автоматически алкоголик «выпускает пар» на окружающих в гневной манере, он не контролирует свои давно зажатые чувства. В действительности, как мы уже говорили, он сердит не на окружающих, а на самого себя.

Алекситимия свойственна не только алкоголикам. Многие из нас либо не умеют, либо затрудняются выражать свои чувства. Большую роль в этом играет воспитание. Считается, что мальчики не должны плакать: «Не реви, ты же мужчина». Будто бы слезы – не для мужчин, будто они – признак слабости. Кричать якобы тоже нехорошо, но почему-то все дети мира кричат, когда играют на улице. Выражать свои чувства криками, звуками, слезами – это так по-человечески! Помните романс?

 
О, если б мог выразить в звуке
Всю силу страданий моих!
В душе моей стихли бы муки
И ропот сомненья затих.
И я б отдохнул, дорогая,
Страдание высказав все…[7]
 

Низкая самооценка

Как бы ни выглядел больной зависимостью, в глубине души он ничего хорошего о себе не думает.

Он не относится к себе как к достойному и ценному человеку. Алкоголь позволяет мгновенно изменить ситуацию. «Да ты знаешь, кто я!» – заявляет он хвастливо, когда выпьет. В таком состоянии любое дело ему по плечу.

На следующий день он стыдится своего поведения, испытывает неловкость, возможно, извиняется: «Я вчера вел себя ужасно». Он сожалеет о своем поведении, если, конечно, помнит о хвастливых заявлениях.

Жены хорошо знают эту склонность мужей и часто используют ее для культивации в них комплекса неполноценности. Здесь я должна их предостеречь: действуя таким образом, вы не помогаете больному справиться с алкогольными проблемами и еще больше ухудшаете свои супружеские взаимоотношения, а также вредите дочери, если она есть в семье. Девочка может усвоить, что все мужчины никчемные, плохие, и даже любви не стоят. В таком случае велика вероятность, что у дочери сложится проблемный брак. «А что же мне делать? Не радоваться же тому, что он пьет?» – возразит супруга пьющего человека. Конечно, не радоваться, но отделите поведение от болезни человека. Одна женщина из программы выздоровления от созависимости говорила так: «Я ненавижу алкоголь. Я считаю алкоголизм ужасной болезнью. Но я люблю своего мужа». Возмущайтесь недопустимым поведением, но не клеймите супруга.

Источник: fictionbook.ru

Созависимость по Москаленко

Согласно Москаленко Валентине Дмитриевне, созависимость — явление, при котором человек оказывается полностью поглощен проблемами близкого в ущерб своей собственной жизни. Он захвачен ими настолько, что полностью забывает об удовлетворении самых базовых потребностей, таких как сон, питание и т. д.

Несмотря на то, что есть специалисты, которые считают созависимость клинической болезнью, Москаленко рассматривает ее в качестве особого психологического состояния. Пользуясь терминами официальной психотерапии, его можно отнести к личностным патологиям развития. Оно приносит человеку множество бед, нанося серьезный ущерб не только психологическому, но и физическому здоровью.

Близкие созависимого, как правило, страдают от его патологии немногим меньше, чем он сам.

Что происходит во внутреннем мире созависимого?

Чувства, почти всегда сопровождающие созависимого — это тревога за будущее и страх перед завтрашним днем. Так как страдающий алкоголизмом очень слабо отвечает за свои действия, часто его поведение становится совершенно невозможно предсказать. Именно поэтому его близкие и находятся в перманентном ощущении опасности.

Алкоголики нередко проявляют агрессию в адрес членов своей семьи, из-за чего они невольно наполняются чувством неприязни к нему.

Бывают случаи проявления ответной негативной реакции, что, как правило, выливается в бурные семейные скандалы, разрушающие отношения между родственниками.

Мало найдется людей, которые добровольно бы согласились на созависимую жизнь до начала отношений с человеком. Это значит, что обстоятельства вынуждают их адаптироваться к дискомфортным условиям — растет порог переносимости душевных страданий. Созависимая жена способна прожить в браке с мужем очень много лет, в процессе терпеливо снося все психологические и физические мучения, сопутствующие подобному образу жизни.

Ошибки контролирующего поведения

Благодатная почва для развития созависимости закладывается еще в раннем детстве, в то самое время, когда у людей и происходит формирование самооценки. Адекватная оценка себя у ребенка и, впоследствии, взрослого, устанавливается в случае, если он чувствовал, что родители его любят, ценят и принимают. При этом любовь должна быть не дающейся за какие-то заслуги, а безусловной и ни от чего не зависящей. Если подобного опыта принятия у человека не было, он просто не сможет почувствовать в должной степени свою важность.

Низкая самооценка часто влечет за собой повышенную озабоченность мнением окружающих, а также высокомерную по отношению к другим людям линию поведения.

Чтобы хоть как-то осознать свою значимость, человек начинает пытаться самоутвердиться за счет других, чтобы на их фоне почувствовать себя лучше.

Полностью беря на себя заботу о жизни пьющего, его близкий с низкой самооценкой успешно повышает свою значимость за счет него. Ведь в представлениях спасателя, зависимая персона без его поддержки и шагу ступить не сможет — а это, несомненно, является безусловным подтверждением того, что он важен.

Такого рода контролирующее поведение является одним из признаков созависимости. Большинство российских семей не понаслышке с ним знакомо. Самый распространенный пример — жена, контролирующая поведение пьющего мужа, взявшая на себя обязанность решать, когда давать ему доступ к выпивке, а когда нет.

Лечение

Факторы, вызывающие созависимость:

  • зависимость одного из членов семьи;
  • недостаток родительской любви в детстве;
  • крайняя бедность.

Психотерапевт рассказывает, что поначалу считала созависимость неотделимой от другого схожего состояния — зависимости, и всегда идущей вслед за ней.

Жена алкоголика неспособна жить нормальной жизнью, в связи с постоянной обеспокоенностью состоянием своего мужа. Из-за этого она образует с ним созависимость.

Так как в России страдающих алкоголизмом, игроманией и наркоманией достаточное количество, данная патология личности в меру распространена на её территории.

Часто она возникает в связи с неправильным воспитанием созависимого ребенка, при котором опекуны подавляли его чувства и не слишком ими интересовались. Есть семьи, в которых детям не позволяется показывать свои слезы. Плач для человека в возрасте до 6 лет — единственный способ донести свои чувства до родителей.

Запрет на эмоциональные проявления может быть разным по выраженности — от простого неодобрения до активного порицания. Чаще всего это ограничивается банальным равнодушием к чувствам ребенка, уже являющимся пагубным для него.

Большинство опекунов озабочено исключительно материальным обеспечением своих подопечных, его успехами в школе и кружках, а заботу о чувствах отбрасывают как нечто неважное.

Нищета в семье — еще один возможный фактор, вызывающий созависимость. Все члены бедной семьи напрямую зависят друг от друга, и каждый при этом испытывает крайне негативные чувства. Они настолько выделяются на фоне всех остальных эмоций созависимого, что его психическое здоровье серьезно нарушается.

Чтобы вылечить созависимость, следует добраться до глубинных причин ее появления и проработать их с психотерапевтом. Специалист найдет способы изменить психологию пациента таким образом, чтобы потребность в контроле близкого отпала и больше не возвращалась. Без профессиональной психологической помощи справиться с данной семейной болезнью будет нелегкой задачей.

Источник: VashNarkolog.com

Сценарий ее жизни

С ранних лет Света видела, как поступала в таких случаях мама. На вечеринке она и сделала то, что делала мама. Уроки, выученные в детстве, превращаются в автоматические реакции. Мужчина не может о себе позаботиться – это сигнал к тому, чтобы такие женщины, как Света и ее мама, позаботились о нем, обеспечили его безопасность. Самое главное, что при этом женщины удовлетворяли свою потребность кого-то спасать, кому-то услужить, взять чужую ответственность на себя. На самом деле это была его ответственность – отвечать за последствия выпивки, даже если бы он «попал в историю». Он слагает с себя ответственность, она подхватывает ее. Ключ подошел к замку.Валентина москаленко созависимость

Установлено, что около 60 процентов дочерей алкоголиков выходят замуж за мужчин, либо уже больных, либо за тех, кто заболеет алкоголизмом. Тенденция не нарушается, даже если мать развелась с отцом дочери (Seattle M., 1987). По оценке психологов, жизненный сценарий записывается в подсознании девочки очень рано – до 6 лет (Берн Э., 1992).

Света действовала в соответствии со сценарием жизни. Картина, которую она увидела в гостях, была ей до боли знакома с детства: пьяный беспомощный мужчина. Всю жизнь ее мама возилась с отцом. Нянчилась, спасала, давая дочери скрытое послание, что именно в этом и состоит предназначение женщины. Удалось ли маме спасти мужа? Нет, но сценарий был уже готов. Переписать его очень трудно, хотя в принципе можно.

В знакомой ситуации мы все чувствуем себя комфортнее, увереннее, чем в незнакомой. Света оказалась в знакомой – ведь она вместе с мамой тоже боролась за трезвость папы. В детстве ей это не удалось. Тем сильнее оказалось желание переиграть похожий сценарий жизни, переиграть на завершение счастливым концом.

Иллюзии

Жены алкоголиков безгранично верят в силу любви и в то, что они обязательно «перевоспитают» своих мужей. История собственной семьи и даже история человечества показывают, что нельзя переделать, пересоздать человека. Лишь сам человек может изменить себя, но не другой. А женщины все верят в свое могущество, все думают, что они «лепят» мужей. «Я тебя слепила из того, что было…» Женщины во власти иллюзий.

Иллюзии возникают тогда, когда человек сталкивается с непреодолимыми трудностями. Сами иллюзии приводят к еще большим проблемам. Рано или поздно необходимо принимать реальность. Бывает больно, но другого пути нет.

Голод на любовь и самооценка

Несмотря на великолепные внешние данные и успехи в работе, у Светы катастрофически низкая самооценка. В глубине души она не считала себя ни способной, ни талантливой, ни достойной любви. Вроде в шутку называла себя «идиоткой» (так плохо не стоит с собой обращаться, даже в шутку). Света не умела принимать подарки и комплименты. Тушевалась, даже стыдно было, как будто она недостойна подарка или комплимента.

Опять для понимания Светы в зрелом возрасте необходимо взглянуть на ее детство. Болезнь, которой болен отец Светы, препятствует выражению родительской любви. В действительности и мама, и папа любили свою дочку, но они были так заняты проблемами, которые приносит алкоголь в семью, что им было не до Светы. А Света проблем в дом не приносила (ребенок как будто чувствует, что этого добра у них в семье навалом) – хорошо училась, была не по годам ответственной. Казалось, что такой ребенок и не нуждается в индивидуальном внимании и доказательствах того, что он любим. Правда состоит в том, что любой ребенок в этом нуждается. Так у Светы в родительском доме образовался дефицит любви. К моменту взросления она была голодна на любовь.

Неосознанно такие девушки выбирают проблемных, а часто непутевых мужей – алкоголиков, неудачников, попавших в тюрьму, непризнанных гениев, разведенных, овдовевших с детьми. Уж такой не бросит, заблуждаются они. Трудное замужество с первого дня. Недостатки мужей они видят, но иногда это на руку. Из недостатков можно черпать доказательства своей ценности: «Я лучше его, я не напиваюсь».

Низкая самооценка, дефицит самоуважения, неуверенность в том, что женщина может быть любима, что она наделена талантами, – вот психологические особенности женщин, которым грозит трудное замужество.Валентина москаленко созависимость

Хорошо бы начать заботиться о себе

Прежде чем делать что-либо за другого, а не для другого, спросите себя: чья это проблема? Если это его проблема, то не спешите взваливать ее на свои хрупкие плечи.

Подумайте о своих барьерах, о границах личности. Надо выяснить, где кончаетесь вы и где начинается другой человек. Обычно, когда отношения не ладятся, полезно пересмотреть границы. Границы – это пределы, которые гласят: «Вот до этих пор я могу дойти. Вот это то, что я буду делать для тебя, а это то, что я никогда не буду делать. А вот это то, что я не потерплю от тебя».

Что делать с самооценкой? Вы знаете, здоровая самооценка – это просто вера в себя. Да, она зависит от качества детства, от судьбы. Но теперь, когда вы взрослая, вам необязательно жить по сценарию, написанному в детстве. Просто скажите себе: «Я не хуже других». А чтобы вы не зазнались, не стали высокомерной, добавьте: «Но я и не лучше других. Я просто достойный человек».

Конечно, вам необходимо избавиться от некоторых своих страхов. В одиночку это трудно. Есть группы самопомощи типа «Ал-Анон», есть подруги по несчастью. Не замыкайтесь, спросите подругу: «Ты тоже так с ума сходишь, как я, когда твой муж задерживается?» Говорите с людьми, которым доверяете. Есть, наконец, психологическая помощь.

Хорошо бы научиться отстаивать себя неагрессивным образом.

Не прекращайте заботиться о себе, что бы там ни случилось.

Не существует никаких правил о том, кого мы должны, а кого не должны любить, с кем строить взаимоотношения, а от кого убегать. Наши ошибки на этом пути сделали нас такими, какие мы сегодня. Значит, все было не напрасно. Мы преодолевали трудности и росли духовно.

В подходящее время сядьте со своим любимым и обсудите, что вам от него нужно. Только не говорите: «Мне нужно, чтобы ты прекратил пить». Вам нужна его любовь? Так и скажите. Если вы сами не можете любить его без выполнения вашего требования, то я бы на вашем месте сказала так: «Если ты не перестанешь пить, я не смогу продолжать тебя любить».

Это практичная формула «Если ты делаешь так, то я вынуждена сделать так». Только не обещайте того, что вы не сделаете, не пугайте разводом. А то кто же вас после этого будет принимать всерьез?

Научитесь удовлетворять свои потребности. В конце концов, в жизни очень мало таких ситуаций, которые можно улучшить в том случае, если мы не будем заботиться о себе и не давать себе то, в чем нуждаемся.

Почему они не разводятся?

Моя подруга 30 лет замужем за алкоголиком. Послушать ее, так у нее не жизнь, а одно мучение. Так и хочется спросить, почему не разведешься? А знакомый психолог сказал, что нет более прочных браков, чем алкогольные. В чем тут дело?

Ученые говорят так. Поведение человека управляется не только сознанием, но даже в большей мере подсознанием. Подсознательная жизнь использует принцип подкрепления удовольствием одних реакций и наказания болью других, нежелательных реакций.

Мотивация поведения обусловлена психологической наградой – удовольствием и избеганием боли.

У больных алкоголизмом нарушения в системе награды. У их жен, наверное, тоже. Они извлекают удовольствие из источников, которые здоровые люди могут отвергнуть или подавить. Как этот нейрофизиологический принцип работает в жизни?

Коля и Оля

Посмотрим на супружескую жизнь Николая и Ольги (история реальная, но имена изменены). Николаю 50 лет. В течение последних 25 лет он пьет. Столько же лет он женат на Ольге. Пьет он не каждый день, по 3-5 дней кряду, затем недели две бывает трезв. Он уже лечился от алкоголизма три раза. Трезвость длилась не более полугода после каждого лечения. И вот снова запой, теперь уже восьмидневный. Кризис в семье, кризис на работе. Поэтому они, Коля и Оля, здесь – у врача. Вот часть нашей беседы.

Коля: Я дошел до предела. Все, хватит. Хочу бросить пить. Столько бед я натворил.

Врач: Кому?

Коля: Жене, детям. Оля у меня золотой человек, она столько вытерпела. Она просто святая. Как она меня отхаживала после запоя! Без нее я просто бы не выжил.

Оля: Никакая я не святая. (В подсознании ее головка утвердительно кивает: да, да, я – святая. Да, без меня он бы пропал. Вслух все это она часто говорит дома).

Сейчас, в кабинете врача Оля делает серьезное заявление: «Или он прекращает пить, или я развожусь».

На стационарное лечение Коля не согласился, решено было лечиться амбулаторно. Коля и Оля уходят.

Что случилось потом? Какие произошли перемены в жизни Коли и Оли? Немногие. Повторилось все старое. Коля пытался жить трезво, но потом сорвался, не получилось. А что Оля? Развелась? Нет, конечно. Оля сама себе сказала: «Как я могу его оставить сейчас, когда он так старается выкарабкаться из алкоголизма?» Неоднократно повторяла: «Без меня он пропадет».

Выгоды от кошмара

Коля и Оля продолжают жить в привычном своем кошмаре. Каждый недоволен своей жизнью. Каждый недоволен другим супругом. Самое же большое их несчастье заключается в том, что ни один из них не может измениться. Почему вообще возможен этот кошмар? Почему он так долго длится, вот уже 25 лет?

А потому что для каждого из супругов кошмарная ситуация психологически выгодна. Ситуация вознаграждает каждого супруга чем-то крайне необходимым.

Какие награды получает Коля? В чем его выгода?

Ему нравится пить. Он наслаждается опьянением. Подъем настроения он испытывает в опьянении, трезвая жизнь не дает ему таких радостей (эйфоризируюший эффект). Ему нравится, что алкоголь успокаивает его тревоги и снижает неуверенность в себе (анестезирующий эффект, избегание боли). Ему нравится вся атмосфера драмы, волнений, которая обычно сопровождает алкоголизм (иллюзия интенсивности эмоциональной жизни).

Трезвость ему представляется пустой и скучной. Однако периодически он все же живет в трезвости, что позволяет ему снизить чувство вины, набрать очки в свою пользу, почувствовать себя достойным человеком, возгордиться: «Я смог продержаться без водки полгода! Если захочу, совсем брошу пить!»

Симпатия. Во всех этих падениях в яму и выхода из ситуации, когда он был в жалком положении, на его долю перепадало немало сочувствия, жалости, любви со стороны жены: «Дорогой, ну ты только попробуй не пить, я тебя умоляю. Ты только лечись, а я для тебя (читай за тебя) сделаю все, что ты хочешь». Работая в клинике, где лечатся больные алкоголизмом, я наблюдала, как их жены таскают тяжеленные сумки с чем-нибудь вкусненьким, сладеньким. Приятно, не правда ли?

Снятие с себя ответственности за себя, за жену, за детей, за установление с ними душевной близости. Он боится быть в близких отношениях, он откладывает их на потом, на трезвый период.

Алкоголь позволяет избегать близких и ответственных взаимоотношений с собой. Проблемы есть, решать их страшно.

В общем, алкоголь позволяет Коле избегать всего того, что требует от него перестать быть ребенком и стать взрослым. Алкоголь препятствует профессиональному и духовному росту. Духовный рост требует усилий над собой, для Коли это сопряжено с болью, он избегает боли. По той же причине он избегает ответственности и обязательств. Недаром алкоголизм называют болезнью безответственности.

А какие выгоды у Оли? Пусть это не очевидно, но из взаимоотношений с Колей она извлекает не меньше выгод, психологических наград для себя, чем он. Перечислим выгоды трезво живущей Оли.

Приятно чувствовать, что уже целых 25 лет ты выдерживаешь такой кошмар, в котором иная женщина не прожила бы и недели. Коля же сам сказал, что она – святая. Страдание приближает к святости, к положению героини. Одна женщина в подобной ситуации воскликнула: «Я достойна того, чтобы меня поставили на пьедестал, потому что 30 лет прожила с алкоголиком!»

Она ощущает себя сильным партнером. Из них двоих она – сильнее. Это она – помогающая жена, заботливая жена, это она принимает правильные решения, это она всегда знает, как надо поступать, поэтому и диктует: «Не пей! Лечись!». Ей очень сладостно повторять: «Без меня он пропадет». В этой фразе заключается состояние, известное богам, которые даруют жизнь и отбирают ее. Приятно чувствовать себя Богом. Радостно сознавать, что ты лучше, сильнее, компетентнее, чем он. Отсюда она черпает подпитку своему критически низкому самоуважению, чувству собственного достоинства.

Выигрыш в борьбе за первенство. Объективно ситуация выглядит несколько иначе, чем представляет Оля. Коля без нее не пропадет. Но Оля не может быть объективной. Ей необходимо чувствовать себя лучше, чем он, потому что на самом деле ей очень плохо с самой собой. Она ведет постоянную борьбу за первое место. Алкоголизм помогает ей выигрывать первенство.

Пока она полностью вовлечена в проблемы своего мужа, у нее есть прекрасный повод избегать заниматься своими собственными проблемами. Она тоже боится близких взаимоотношений с самой собой. Получается удобная конструкция в сознании: у Коли проблема – алкоголь, моя проблема – Коля, в остальном я безупречна.

Аура драмы, взлеты, падения, раскачивания из ада в рай («Он сегодня трезв. Какое счастье!»). Все это ей, как и ему, дает ощущение интенсивности эмоций и наполненности жизни. У Оли есть глубокая проблема в том, что она давно отказалась от своих реальных чувств, это ее метод обезболивания (анестезирующий эффект). Она давно живет не активно, а реактивно, лишь реагирует на события жизни мужа. Правда состоит в том, что проблема Оли – сама Оля, а не Коля. Но она, как и он, предпочитает жить в мире иллюзий. Реальность о самой себе ее пугает.

Протесты Оли, угрозы развестись – все это только дымовая завеса. На самом деле, как и ее муж, Оля делает в точности то, что она хочет делать, и живет она так, как хочет жить. Она имеет мужа, которого она хочет иметь. Более того, только такой муж, как Коля, ей и нужен. В совместной с ним жизни она имеет возможность удовлетворить свои глубинные, жизненно важные потребности: ежедневно подпитывать свою низкую самооценку. Она страданием зарабатывает чувство собственного достоинства, прикрывает свою слабость, свою несостоятельность в том, чтобы заставить жизнь течь по проложенному руслу. Жизнь не подчиняется ее воле, а признать это – для нее равносильно поражению.

Поскольку Оля заморозила свои истинные чувства, в особенности такие как любовь, нежность, доверие, спокойствие, а испытывает лишь ненависть, негодование, гнев, страх, то тем самым она отказалась от себя, не желает иметь дело с собой и все ее чувства стали реактивными. «Он меня довел!» Она боится отвечать за себя. Ей в таком случае нужна драма алкоголизма. Тут не соскучишься.

На первый взгляд – Оля женщина сильная, самоуверенная, резкая, все умеющая, не боится трудностей. А под этой оболочкой – хрупкое, слабое существо, навеки перепуганная девочка. Она боится, что ее могут бросить, что ее не любят. Замена любви – быть нужной кому-то. Страх быть отвергнутой и нелюбимой движет ею, когда она помогает мужу. Она даже перегибает палку, он не просил так много помогать ему. А кто из нас не делает лишнего со страху?

У человека есть потребность принадлежать кому-то, семье, коллективу, нации. Есть потребность чувствовать себя достойным, значимым, талантливым и способным человеком. Есть потребность в самореализации.

Оля удовлетворяет эти потребности в браке с Колей. Она испытывает чувство принадлежности Коле, так ощущает себя сильнее, комфортнее, значимее, талантливее. Все это потому, что себя как личность, отдельную от Коли, она ни во что не ценит.

Они никогда не разведутся. Весы уравновешены. Ключ подошел к замку. Они образовали нездоровую систему, в которой одна часть без другой не работает. И никогда не закончится его алкоголизм, поскольку никто не рискует начать перемены с себя. Если можно сравнить ресурсы психики, духа с собственной грядкой земли, то супруги Коля и Оля копают каждый не свою грядку. На чужой грядке получить хороший урожай невозможно. Изменить другого человека нельзя. Достичь иного качества жизни можно лишь путем глубоких изменений в себе.

Зачем я написала об этом, о выгодах или наградах, вытекающих из деструктивных взаимоотношений? Я хотела бы дать знать читателям, что такие выгоды существуют. Но не для того, чтобы кто-то устыдился или раскаялся. Это не греховное или постыдное поведение. Выгоды эти – часть созависимости, закономерная часть. А созависимость – это не повод стыдиться себя, а проблема, над которой мы работаем. Мы стремимся к более здоровым взаимоотношениям и к здоровым выгодам.

Выгоды во взаимоотношениях зависимых и созависимых людей блокируют или замедляют духовный рост и выздоровление этих людей. Обнаружим эти блоки, устраним их, тогда, возможно, продвинемся в деле выздоровления.

Когда я была в семейной программе по преодолению созависимости в США, я услышала от одной американки, выздоравливающей от созависимости, простое и ясное заявление. Чтобы так прямо о себе сказать, необходимо продвинуться вперед в преодолении созависимости. Американка сказала следующее: «Когда я была ребенком, мой отец нанес мне сексуальное оскорбление. Последующие 20 лет своей жизни я использовала для того, чтобы шантажировать его эмоционально и финансово. Я всегда могла получить от него деньги, когда хотела. Я не брала на себя финансовой ответственности за свою жизнь».

Когда человек может посмотреть на свои выгоды честно и без страха, он может позволить себе больше за них не держаться, перестать ими пользоваться. Это и будет исцеление, которое мы ищем. На смену придут выгоды от более здоровых взаимоотношений. Свою жизнь мы можем разделить с кем-то, а не бросать ее к ногам другого человека.

Источник: www.matrony.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector